uliaushuk (uliaushuk) wrote,
uliaushuk
uliaushuk

Category:

Педагогическое

Jędrzej Kitowicz [1728-1804], OPIS OBYCZAJÓW ZA PANOWANIA AUGUSTA III
Об образовании детей с семи лет

Некоторых более понятливых детей начинали учить читать дома с пяти лет, но в школы их обычно не отдавали до седьмого года жизни (начатого или оконченного).
Для проживавших в городе первой школой была парафиальная, находившаяся при фаре или при кафедре. На селе  такая школа при фаре
редко где бывала. Поэтому живший в сельской местности шляхтич, прежде, чем отдать детей в школу, должен был их дома научить читать, приняв для этого какого-либо учителя, если не имел кого-нибудь способного среди домашних.
В парафиальной школе учили только мальчиков. Девочек же отдавали к добропорядочным женщинам, занимавшимся обучением. Те их учили только чтению по-польски, вязанию чулок и различному шитью. Дочерей позажиточнее учили языкам - немецкому и французскому, который стал входить в моду. Дочерей больших господ всему этому учили гофмейстерши (экономки), а еще были мэтры, учившие их письму и танцам.
В парафиальной школе мальчиков учили читать по букварю и элементарной латыни по граматике Альвара или Доната. Наипервейшим среди предметов
был катехизис, то есть изучение религии.
Школьные наказания для тех, кто не хотел учиться или своеволие какое совершил, были следующие:
оставление без обеда, стояние на коленях или битье. Инструменты наказания: плацента, то есть круглая толстая кожа, шириной в ладонь, сложенная в несколько раз и насаженная на продолговатой деревянной рукояти (ею били по руке за ошибки в чтении или изложении заданного на память); за полностью невыученное задание либо своеволие или иное переступление школьных законов инструментом наказания были березовая розга или дисциплина, обычно ременная. У учителей по-суровее она бывала туго сплетенной из нитяных шнурков с семью или девятью свободными концами. Таковой розгой или дисциплиной бито по обнаженному заду, ударяя минимум три, максимум - пятнадцать раз, исходя из тяжести провинности, терпеливости тела и суровости или мягкости учителя.
Для хлоцев по-крупнее и старше семи лет употреблялся коньчуг. Это был твердый ремень, плотно оплетенный другим ремнем, на деревянной ручке, в локоть длиной,
сложенный наподобие крестьянского цепа. Коньчугом не бито по голому телу, которое он бы покалечил, а только через платье, как минимум через штаны, что и так доставляло достаточно боли. Но находились дети столь твердого тела, что удары коньчугом по голому телу выдерживали без нарушения кожи, которая только морщилась синими полосами. И те, которые имели такое твердое тело, были обычно столь же тупых органов чувств: неучи, неряхи, во всех досадах выносливы.
Был еще один вид наказания в парафиальной школе, но он мало где употреблялся. Когда какой-нибудь мальчонка угостил окружающих неприятным запахом, то, будучи обвинен, он должен был сам добровольно лечь на лавку, поставленную посередине класса. А там каждый одноклассник, снявши с ноги сапог, бил его один раз холявой. И это было наказание
не болезненное, а стыдное, равное проступку.


Интересно замечание Китовича, что читать и писать учили только знатных девочек, а не знатных - только читать.
И дисциплина Китовичем описана точь в точь как плетка для кукол у Карабаса Барабаса.
Tags: Jędrzej Kitowicz, z polskiego, педагогические заметки, полезное чтение
Subscribe

  • О теле

    Если человек впадает в химическую зависимость, то новую дозу химии требует тело. А какая тогда роль у души? Услышал на днях, что существует три…

  • О телесности

    В преддверии Пасхи сеть полнится мнениями о практике папы Франциска собственноручно омывать и целовать ноги разным людям. При этом забывается наказ…

  • Метафоры чтения

    Когда-то на занятиях по культурологии запала в память дефиниция культуры, как набора регулярностей. Не вспомню на ходу автора дефиниции. Хотя, даже…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 2 comments