April 13th, 2016

барашек

Рефлекс

У нас, как известно, кризис. Поэтому госслужбы заняты поиском денег, как в сказке про Чиполино. Это стало похоже на спорт. И можно, наверно, делать ставки, какая из фискально-силовых структур надерет больше за эту неделю. (Ободранные стали уже смеяться, что, говорят, плохой признак для власти).

И вот вчера будто в фильм "Белые росы" попал. (У нас, кстати, снимали). Незнакомые мне люди обсуждали субботнюю акцию налоговой службы. Причем не злобно так, а по-хозяйски, некоторые моменты даже смакуя.

Дело в том, что у нас недавно несколько деревень включили в городскую черту. К их огородам вплотную подошли многоэтажки. Два или три года новым горожанам было все равно. Первая ласточка прилетела к ним в прошлом году, когда пришли люди из БТИ вместе с администрацией района и милицией и перемеряли их участки. Оказалось, что надо заплатить за неучтенные постройки - гаражи, сараи, несогласованные уличные сортиры. А кто ж их в деревне согласовывал? Плюс грядки урезали.

Митинговали по этому поводу немножко. Но не сильно. Там в старых домах пожилой народ в основном. Вроде бы сошлись на том, что сараи сами развалят и платить не будут.

Ну а теперь налоговая пришла считать живность, весело рассказывает при мне один человек другому. Я слушаю с изумлением. Оказывается, в Гродно можно держать без налога только три курицы на человека. У некой гражданки в ожидании сноса халупы было прописано восемь родственников, а кур - двадцать. Ей повезло. Соседям - меньше. Вторым пунктом были свиньи - одна на члена семьи в год.

Когда зашли в первый двор и хозяева поняли, зачем пришли, сработал рефлекс народа-партизана. Народ метнулся поросят прятать. Налоговиков заняли собаками и котами. Псов, что были на привязи, переписали. В городе они облагаются налогом. А у котов не нашлось хозяев. Меня умилил аргумент рассказчика: "Налоговикам прямо заявили, что коты у нас байстрюки, неизвестно чьими кошками от кого нагуляны, поэтому хозяев установить не представляется возможным. Платить не будем".

Но самое пикантное, что у некоторых бывших сельчан, поверивших в незыблемость хорошего отношения власти к сельскому труженику, в наличии оказались коровы и кони. А конь, я до этого не знал, это не домашний любимец, а, по закону средство производства. Как грузовик или трактор. И рассказчик с гордостью сказал: "Как дед услышал, что по улице идут, конику торбу на морду, и в лесок его. И уберег. Не записали."

Я, конечно, люблю свое государство и плачу налоги, но за деда порадовался. Искренне.