Category: общество

Category was added automatically. Read all entries about "общество".

барашек

Интерпретации

К семинару магистрантам было предложено подготовить интерпретацию произведения искусства, например, с сайта минского Национального художественного музея. На семинар прибыли только магистрантки.
Первое выступление было посвящено картине Василия Пукарева "Неравный брак". Магистрантка выбрала ее сама из сотни возможных вариантов и изложила традиционный вариант истолкования "неравенства" на основе оппозиции "бедная бесправная юность" vs "богатая властная старость". Затем постулировала, что так, как на картине, поступать плохо, и юность под гнетом старости будет страдать.
Я спросил, из чего это следует?
Пошла дискуссия. Из выступлений моих оппоненток стало ясно, что несмотря на отсутствие прямых доказательств, страдательное будущее юной героини картины должно быть каждому понятно на интуитивном уровне.
Тогда я обратил их внимание на точку кульминации картины - полусогнутый указательный палец невесты.
- И что в этом? - спросили четыре исполненные возрастной правоты юные девы.
- Вопрос в том, невеста сейчас разогнет палец для кольца и станет женой со всеми правами и обязанностями жены? или же сожмет руку в кулак и спрячет за спину: "А гори оно все гаром, умру, а за старого козла я не пойду"? Почему вы решили, что сейчас решается ее судьба, а не решается его судьба? Почему вы решили, что этот весьма пожилой мужчина тотально уверен в себе? И почему старый - значит плохой? Уж не говорит в вас агрессивный эйджизм?

Дальше веселее. Второе выступление посвящено двум фотографиям Ирвина Пенна, на которых Пабло Пикассо в шляпе. Ему на фотках уже за 70. Но в интерпретации магистрантки он вполне себе интересный мужчина, достойный нравиться женщинам.

Спрашиваю, а с чего бы это вас на такую специфическую тематику пробило? - Смеются.

Сейчас подумалось, что их выбор навеян контекстом информационного поля.
барашек

Лытдыбр

21 мая. На улице все еще дубаковато. Но уже без злобности. Судя по всему завтра начнет теплеть. Люди в масках и без. В транспорте и в магазине смотрят друг на друга, встретившись глазами, про себя оправдывают свое пребывание в маске или без нее.

Для медиков маска это часть работы. Также и для строителей на пыльной работе маска это временная защита. 

У человека штатского, обычного городского разночинца, маска это манифестация. Те, кто в маске, манифестируют принадлежность к группе просвещенных и цивилизованных. В их глазах те, кто без маски — люди, или темные и неграмотные сожаления достойные городские хлебоеды, или глупые по молодости, или, что значительно хуже, сознательные коронодиссиденты. 

барашек

Лытдыбр

19 мая. 

Метео. С утра дубаковато даже в осенней куртке. Дождь и злой холодный ветер. 

Май, мало того, что холодный.  Он еще совсем безрадостный какой-то. Сейчас пришло в голову, что безрадостность нарастает от отсутствия улыбок. Маски есть, а улыбок нет. Когда ты в маске нет желания улыбаться. 

В мае люди улыбались друг другу в автобусе. Дети смеялись. Молодежь зависала в поцелуях.  

В Гродно нет ограничения на выход в город. Но все как-то самоограничились. Транспорт стал ходить реже, потому что практически пустой. Ждал «шестерку» на остановке и следил по яндекскарте ее движение по маршруту. До тех пор, пока яндекс не протрекил  ее движение мимо меня. В реальности никакой «шестерки» не было. Матрица кормит самое себя.

В сети появилось много рассказов об умирании. Сетевая информация о смерти от ковида превратилась в статистический отчет. 

А вот от приносимых соцсетями рассказов об умирании близких людей остается непонятное впечатление. Странно читать сообщение urbi et orbi сына о одиннадцатидневной болезни и смерти отца, и понимать, что в нем нет личного горя, а есть изложение наблюдений стороннего наблюдателя. Возможно, это специфика жанра поста в социальной сети. Но может быть сегодня это такое общее состояние умов. Ремарк описывает в «Трех товарищах» смерть Пат как трагедию, как крушение мира. А в социальных сетях смерть представляется как контролируемый врачами (хорошо или плохо, но контролируемый) процесс выведения из эксплуатации и утилизации внезапно сломавшегося организма.


барашек

...

После некоторого размышления над кадрами фильма «Брат» можно провести параллели между появлением ниоткуда снизу на берегах болотного озерца Никиты Багрова и появлением иностранца Воланда на берегу Патриарших прудов. Да и троп трамвая и вагоновожатой, в «Брате» представляется не случайным. Пусть она не Аннушка, а Света, но подъезжает к героям своим трамваем весьма своевременно. 

Багров зачищает Петербург от злых нехороших людей и не трогает хороших. Воланд в финале «Мастера и Маргариты» также выжигает злых и нехороших людей, но в Москве. И так же не трогает хороших людей. Правда, Воланд создан ранее Багрова. Но в финале «Брата» Багров направляется в Москву. С обрезом подмышкой. На новую чистку?

Фильм «Брат» стал культовым. То есть он выразил чаяния постсоветского поколения. И, возможно, не одного поколения. Только почему эти чаяния сопряжены со слугами ада? Воланд — чистильщик... Багров — чистильщик... Нэйм «Сталин», судя по всему, тоже стал обозначать чаемого исполнителя этой роли. Того, кто огнем и железом наведет порядок.

Вопрос встает о природе такого чаяния... Оно что врожденное?

 

барашек

про жилище

Цитата из лекции Джона Рёскина (John Ruskin) "Отношение искусства к пользе".
116. Добившись здоровой пищи и одежды, мы должны отвоевать и третье - жилище.
[Spoiler (click to open)]Я уже сказал, что лучшие творения архитектуры есть не что иное как пышно возвеличенная кровля. В самом деле Ватиканский собор, нефы Реймсского и Шартрского соборов, своды и арки их приделов, могильные склепы и шпицы колоколен, - все эти разнообразные формы вытекают из потребности надежно укрыть пространство от зноя и дождя. Мало того - как я уже пытался доказать в "Камнях венеции", все эти прекрасные формы развивались в светских и частных постройках и только после этого были в грандиозных размерах применены в культовых сооружениях. Наши современные архитекторы, как вы могли заметить здесь, в Оксфорде, и в других местах, не знают, по-видимому, что им делать с крышами. Будьте уверены, что если перекрытия правильны, то все хорошо. Есть два способа делать правильные перекрытия. Во-первых, всегда делайте их деревянными или каменными, а не железными, а во-вторых, постарайтесь, чтобы в каждом городе сначала возводились маленькие кровли, а потом большие, и чтобы каждый нуждающийся в крове получил его. Мы должны добиться, чтобы каждый ощущал в нем потребность, то есть в не слишком преклонном возрасте люди должны желать родного крова, с которым им уже никогда не захочется расстаться; этот очаг должен соответствовать их житейским привычкам и по мере приближения смерти становиться все более удобным для них. Люди должны желать, чтобы их жилища были устроены как можно более прочно, чтобы они были изящно меблированы и убраны, располагались в приятном месте, где ярко сияет солнце, где чист воздух, наконец, чтобы каждый сам выбирал себе место, как это делают ласточки. Когда же дома в городах сгруппированы, жители должны обладать сознанием гражданской солидарности настолько, чтобы подчинить архитектуру зданий общим законам, а также из гражданской гордости стремиться к тому, чтобы совокупность всех зданий представляла одно прекрасное целое, а не что-то ужасное. Несколько недель тому назад один английский священник, магистр нашего университета, человек средних лет, обладающий здравым смыслом без излишне сентиментальности, упомянул - без всякого отношения к предмету нашей с ним беседы, - что не может проехать по Лондону, не закрыв глаза: он боится, что, взглянув на эти подобные глыбам дома с проходящей по окраинам железной дорогой, от ужаса лишится способности заниматься своими делами.
117. Невозможно - я только в более продуманной форме повторяю то, что писал двадцать два года назад в последней главе "Семи светочей архитектуры",

- невозможно существование истинной нравственности, счастья и искусства в стране, где подобным образом строятся, или вернее, собираются и разворачиваются дома. Безобразные районы портят всю страну, будто испещряют ее лицо угрями и язвами, и губят ее. У вас должны быть красивые города, как бы кристаллизовавшиеся в нужные рамки, а не грубо сваленные в них. Они должны быть небольшими и не должны изрыгать из себя в омут позора грязных подонков. Каждый из них следует опоясать полосой освященной незастроенной земли, окружить гирляндами садов; они должны быть полны цветущих деревьев и нежно журчащих ручейков.
Это невозможно! - скажете вы. Может быть. Но мне нет дела до возможности или невозможности; я знаю только, что это необходимо...

Джон Рёскин прочитал первый раз цикл лекций по искусству в Оксфорде в 1870 г.
барашек

О теле

Если человек впадает в химическую зависимость, то новую дозу химии требует тело. А какая тогда роль у души?

Услышал на днях, что существует три концепции человека: материалистская, спиритуалистская и персоналистская.

Врачи, кодирующие пациентов от алкоголизма, судя по всему, исповедуют спиритуалистскую концепцию, в которой душа (психика) господствует над телом. Те, которые вшивают в тело ампулы, заставляющие тело корчиться при запахе алкоголя, придерживаются, скорее, материалистской концепции.

Или еще.

Пришло лето и обнаружилось большое количество татуированного тела вокруг. Странными кажутся эти украшения на коже, не несущие смысла инициации. Или все носители разных иностранных букв и геометрических фигур некую инициацию прошли?

В этой связи интересно, мог ли джин, сидевший в кувшине, развлекаться тем, что раскрашивал его внешние стенки?

Если бы мне нужно было чипировать людей, то проще всего прятать токопроводящие дорожки между чипами, вогнав токопроводящую краску внутрь кожи под видом татуировки. Вот и думается, а не предвестники ли эти татуированные люди наступления нового, дивного мира киборгов?

А киборг это человек?

Персоналисткая концепция, насколько я понял, состоит в христианском понимании человека, который воскреснет в теле. Здесь тело не надо украшать знаками. Для означения земных функций достаточно одежд. На фресках Микеладжело одежды соскальзывают с босых праведников, идущих в небо. Ибо ничто не должно связывать их с землей.
книжная моль

О памяти (II}

В продолжение предыдущего поста. Вводится термин memoria, чтобы отличать феномен общих для всех воспоминаний, от индивидуальных.
Memoria ритуальна. Ритуал представляет собой помещение мертвого тела в круг живых людей. Живым это нужно, чтобы подтвердить свое право на владение конкретными материальными предметами и территорией.
В хагиографии святого Станислава епископа краковского есть эпизод, рассказывающий, о том, как ему пришлось воскресить умершего три года назад шляхтича, чтобы тот дал показания в суде о своем добровольном пожертвовании родовой деревни в пользу Церкви, так как его прямые наследники оспорили этот факт. После свидетельства в суде шляхтич вернулся на место и вновь умер.

Эксгумация тел царской семьи и возвращение их в публичное пространство представляется этапом тяжбы о наследование территории страны, которой до сих пор владели люди, предъявлявшие в доказательство своих прав на Кремль нетленное тело Ленина и кладбище его соратников вокруг мавзолея. В этой связи разгорающаяся дискуссия вокруг недавней публикации на ленте_ру материала о "позорной" причине смерти вождя пролетариата выглядит как зеркальный ответ на недавнюю матильдиаду.

К группе аналогичных событий можно отнести защиту урочища Куропаты в Минске, а также перенесение праха одной из представительниц рода Радзивиллов. Почему последнему придано почти государственное значение? Не связано ли это с тем, что Радзивиллы практиковали бальзамирование тел своих умерших?

Мертвые тела хранятся как целиком, так и частями. Горы волос сохраняются в Освенциме. Вместе с горами обуви, очков и других предметов, эти волосы стали одной из причин ухудшения отношений между Польшей и Израилем. Вопрос о национальной принадлежности лагерей смерти включает в себя и вопрос о том, кто легальный наследник этих волос, а также недвижимости и капиталов их бывших владельцев.

Вопрос этот очень непростой. Потому что по факту наследниками являются те, у кого хватает сил и воли регулярно совершать ритуалы помещения мертвого предка в круг живых.
барашек

О памяти

Ю.Е. Арнаутова размышляет о памяти. Текст довольно старый, но мною прочитан впервые, и вызвал некоторые мысли.

Речь идет не о психологическом феномене памяти у конкретного человека, а о социальных явлениях, которые по мнению Ю.Е. Арнаутовой, детерминированы фактом наличия памяти у человека. Хотя речь идет о Средневековье, после некоторого размышления, проблематика оказывается актуальной и даже горячей.

Яд Вашем в Израиле, ИПН (Instytut Pamięci Narodowej) в Польше, Мемориал и "Бессмертный полк" в России. Неужто возрождается культурная практика обосновывания своих имущественных прав (на территорию, например) символической реанимацией мертвых.
барашек

Об оглоблёвой

Оглоблёвая - последняя полная до краев ёмкость, поданная хозяином дорогому гостю перед выходом из дома. Где-то говорят "на посошок". Но это не у нас.
Возможно, в слове "посошок" закрепилась некая церковно-монастырская практика. Потому что с посохом обычно передвигался епископ. Его визит к монастырской братии был поводом для богатого застолья и добрых пожеланий. Тем более, что вышедшего с посохом владыку всегда ждал транспорт. В мирской жизни с посохами ходили обычно неимущие. К чему им наливать с излишком?
В наших же краях "оглоблёвая" представляет собой рудимент шляхетского добрососедства, так хорошо описанного Яном Барщевским в "Шляхтиче Завальне" и в огромном количестве шляхетских мемуаров. Когда шляхтич после нескольких суток застолья у соседа пытался выехать домой, и уже ему запрягли его коня, то "оглоблевая" чарка могла его свалить с ног и после нездорового сна вернуть в буйную кампанию. Если "оглоблёвая" не справлялась, гость был крепок, то настойчивый хозяин предлагал ему еще одну - "у самой морды коня". Таковы были простодушные обычаи веселья наших предков в доэкранную эпоху.

Жертвы оглоблёвой. Их можно опознать по отношению к ошеломленности. Одни из них выпили оглоблёвую и, беспечно улыбаясь, находятся в преддверии удара по шелому, а вторые - возвращаются после ошеломившего их удара и пытаются по памяти наново восстановиться в онтологии. В "Иронии судьбы" очень хорошо удалось показать оба состояния.

Жертвой оглоблёвой второго вида в текущем новом году был мужчина в солидном возрасте с аккуратно подстриженными седыми усами. В черной фетровой шляпе с короткими загнутыми полями, со следами былого благородства на лице и многих падений на пальто. Он ехал около пяти часов вечера первого января в троллейбусе, ошеломленный произошедшим с ним. Вокруг него была зона отчуждения, потому что остальные граждане только еще ехали на праздник и были еще трезвыми и чистыми. Он чувствовал это отчуждение и пытался умом постичь его причину. Рассматривал свои руки с характерными ссадинами и, видимо, не совсем их узнавал. Напротив сидела самаритянка среднего пенсионного возраста в каракулевой шубке. Она его изредка придерживала на виражах. На нужной ему остановке он с ней сердечно простился и поблагодарил, был одарен понимающей улыбкой и осторожно вышел из троллейбуса.

Через два часа встретилась типичная жертва оглоблёвой первого вида. Лысеющий мужчина лет сорока в сопровождении супруги и двоих детей-подростков. Девочка постарше, мальчик лет тринадцати. Жена родом из тех жен, на которых написано "у нас в семье пьет только папа". Папа из гостей вышел гордым "слегка выпившим". Удар оглоблёвой его настиг на остановке. Папа стал выключаться. Особенно это озаботило сына. Сначала он подумал, что отец пьяно дурачится. Но оказалось, что у того всерьез подгибаются колени. Сын попытался подставить плечо, извинительно улыбаясь по сторонам. В это время мама с дочкой осознали опасность отключки главы семьи и стали его усиленно будить и развлекать. У жены появилось привычное выражение легкой брезгливости на лице. Приехал автобус. Семья загрузилась и приперла отца к поручню для инвалидов, стараясь удержать в вертикальной позиции. Битва за вертикаль продолжалась следующие шесть остановок. Все, включая мужчину, боролись с его сном. И это удалось. На свежий воздух он вышел на своих ногах. К облегчению оставшихся в автобусе пассажиров, наблюдавших за командной работой семьи и даже где-то в глубине души болевших за них, мужчина сориентировался и достаточно твердо в окружении успокоившихся домочадцев направился к многоэтажкам.

Мораль: в семье - сила.:-).
барашек

О памяти, политкорректности и иммунитете

При обсуждении вопроса о политкорректности возникли побочные мысли, которые для памяти решил вынести в отдельный пост.

1. В 1960 году нобелевская премия за первую теорию иммунитета. Затем взрывной рост кафедр иммунологии и разработка проблемного поля.
2. Политкорректность есть результат проекции иммунологической научной парадигмы в социальную плоскость. Неполиткорректный опознается как чужой для этого социума и против него срабатывают механизмы, подобные лимфоцитарной защите. Его закладывают начальству и изгоняют с работы. Другой "чужой" - иммигрант. Он то же чужеродный объект, но разной степени "чужеродности". Самых чужеродных и активных определяют в лагерь для беженцев и окружают полицейскими (нейтрофилами и моноцитами). Таким иммунологическим мировосприятием объясняются случаи, когда группа иммигрантов или даже один иммигрант насилует жену в присутствии мужа, а он
[Внимание, дальше буквы без картинок]
вместо того, чтобы драться за свое имущество, вызывает полицию, проявляя гражданскую ответственность.

3. Иммунологические корни политкорректности проявляют себя в попытках государств создать единые семантические сети, компьютерно закрепить онтологии понятий, чтобы автоматизировать опознавание своих и чужих членов социума.

4. До иммунологической научной парадигмы в медицине существовали и другие. Самая старая из них - известная мне - гумморальная. Согласно ней, здоровье человека определяет равновесие четырех жидкостей в организме. Сейчас вопрос - а почему именно четыре жидкости? Смею высказать гипотезу, что это связано с практиками тренировки памяти во время обучения. Перипатетики ходили, как известно, от колонны к колонне за учителем и заучивали наизусть мысли учителя. Эти мысли они упаковывали, развешивая слова вокруг себя на крючки, вбиты в воображаемые четыре стены. Такой метод организации запоминания до сих пор называется  "римская комната" или "греческая комната".

Я не знаю, как запоминали те, кто для фиксации мыслей пользовался свитком. Это, наверно, надо спросить у ортодоксальных евреев, знающих наизусть тору. Однако нам всем известно, как мыслят те, кто фиксирует мысли на плоскость тетрадного листа. С распространением письма в тетрадях и кодексах мы стали мыслить в плоскости двух категорий, например: цена - качество, рост - вес, власть - богатство, и т.д. С появлением касс печатников для хранения букв распространился метод аналитических таблиц. Память стала реорганизовываться.

Заметим, что у нас в голове дни недели расположены сверху вниз - понедельник, вторник, среда, и опять сверху вниз - четверг, пятница, суббота. Кстати, воскресенья нет в нашей памяти, как его нет в школьном дневнике.

Ученые энциклопедисты стали думать и запоминать иначе. Каждой вещи свой ящик. Как в канцелярском столе. Так же организована информационная укладка энциклопедий. Одновременно в медицинской практике рождается клиника. В каждой комнате по десять больных с одной болезнью, чтобы студентам легче было выучить. Энциклопедическое мышление напрямую связано с переключением врачебной практики с лечения людей на лечение болезней. Гумморальная теория откинута как предрассудок. Врачи занялись классификацией болезней.

Потом пришла эпоха общения с заэкраньем. Сначала рамка с простыней у братьев Люмьер. К ним  в иллюзион надо было идти пешком. А в 1960-х экран телевизора пришел  к нам в дом и уже не ушел.
Сегодня мы свою память доверяем гугледиску. Сначала она была организована в виде папок на полках канцелярского шкафа, сейчас практикуется подобие  древовидной структуры. Ничто не мешает ходить по ветвям как по анфиладам комнат.

Означает ли это, что мы возвращаемся к практикам перипатетиков? Государственные попытки регулировать интернет предполагают, что можно проложить политкорректную дорожку в заэкранье и научить граждан ходить  только в правильные комнаты, где на стенах развешаны правильные слова. Сложно сказать, куда все это вывернется, но экранные практики взаимодействия с информацией уже не предполагают листания страниц. Скролинг экрана смартфона это перематывание свитка.